«В Германии они сначала пришли за коммунистами, но я не сказал ничего, потому что не был коммунистом. Потом они пришли за евреями, но я промолчал, так как не был евреем... Потом они пришли за членами профсоюза, но я не был членом профсоюза и не сказал ничего. Потом пришли за католиками, но я, будучи протестантом, не сказал ничего. А когда они пришли за мной — за меня уже некому было заступиться».

Мартин Нимёллер. «Когда они пришли…»

12 июня 2011 г.

Нимагумалчать

Смотрю второй сезон как из пушки и молчать не могу абсолютно. Расскажу вам сейчас про Томаса Мора. Разумеется, не про исторического, о котором мне ничего не известно, а про киношного. И это совершенно не важно, насколько киношный Томас Мор историчен, поскольку речь я поведу не о личности, а о типе личности.

Значит, Томас наш Мор. Автор «Утопии», да. Принципиальный до потолка, послушаешь — дух захватывает: тут у него права и свободы, и гуманизм, здесь ум, там честь и совесть, а вот где-то сбоку ещё и добродетель, да всё так складно, что прямо плюнуть некуда.

Смотрим, чем оборачиваются все эти замечательные декларации.

Насчёт прав, свобод и гуманизма: как только получил канцлерскую власть, так сразу начал преследовать инакомыслящих. Кого пожёг, кого запугал, а о ком-то история авторы фильма умалчивают. Человечность превыше всего, чо. Давно ведь известно, что для абсолютного соблюдения прав человека требуется только чёткое понимание того, кто может быть исключён из человеческого множества.

Насчёт ума: как только ушёл в отставку (по собственному желанию, дополнительно уточним, король его не гнал, гнала совесть, но о ней ниже), так немедленно состроил постную рожу и сказал старшим детям и пасынкам, что отныне они будут кормить себя сами. Рационализатор хоть куда. При этом, не в силах смириться с судьбой, которую избрал сам, он лезет в политику снова, только на сей раз с противоположной стороны (чем, разумеется, подставляет семью под удар короля, но подобные мелочи, как известно, великие умы не тревожат).

Насчёт чести и совести: встав на грань открытой оппозиции главе государства, ни единой мыслью своей рационализаторской не озаботился обезопасить от возможных последствий даже маленьких детей. Нет, что вы. Перевести активы в наличность и выслать жену с малявками за границу, к милым сердцу католикам, — это нашему новатору в голову не пришло. Но совести у него и впрямь хватало на троих, потому что смотреть в глаза своим близким у него получилось без запинки.

Наконец, насчёт добродетели: когда жена пришла к нему в тюрьму умолять о примирении с королём на том основании, что по его милости их дети рискуют пойти по миру, он знаете что ей ответил? «Нет, ну что ты! Ты же знаешь, у меня принципы. Только, пожалуйста, скажи, что не сердишься на меня. А то мне будет очень одиноко».

Зайка, правда?

Тут было бы очень уместно добавить распространённую поговорку: каков поп, таков и приход. Но я твёрдо помню, что веду речь исключительно, совершенно исключительно о киношном Томасе Море. Так что… «хорошенько смотрите, о волки».

И я пойду дальше смотреть.

Комментариев нет:

Отправить комментарий