«В Германии они сначала пришли за коммунистами, но я не сказал ничего, потому что не был коммунистом. Потом они пришли за евреями, но я промолчал, так как не был евреем... Потом они пришли за членами профсоюза, но я не был членом профсоюза и не сказал ничего. Потом пришли за католиками, но я, будучи протестантом, не сказал ничего. А когда они пришли за мной — за меня уже некому было заступиться».

Мартин Нимёллер. «Когда они пришли…»

28 декабря 2011 г.

По следам

Придя в себя после утренней медитации над словом «гауляйтер», я обнаружила вот какую интересную вещь.

О нацистах врут, и их преступления стремятся преувеличить. Фактически, раздувают до вселенских масштабов, не стремясь даже поплотнее подогнать друг к другу факты. Почему? Зачем — понятно: чтоб нацизм ассоциировался с преступлением. Но почему именно такими методами? Разве для правильной ассоциации мало, спросила я себя, только лишь идеи господства одной нации над другой?

И тут я с ужасом поняла, что да, мало. Мы живём в мире, где нацизм сам по себе, как идея превосходства одной нации над остальными, не считается ни за преступление, ни даже за нечто, достойное банального осуждения.

И получается, что если нацист не будет жрать на завтрак, обед и ужин младенцев, ему будут сочувствовать. Вот в таком мире мы живём. Это мир, где дискриминация по национальному признаку сама по себе не считается из ряда вон выходящим событием и не заслуживает преследования. Отними у Кальтенбруннера его приказ уничтожить узников Дахау — и он будет душа-человек, радеющий о благе своей страны. О том, что он, независимо от уничтожения узников Дахау, на полном серьёзе утверждал господство немцев над прочими, как бы выносится за скобки.

И вот тут у меня с остальным цивилизованным миром, судя по всему, возникает фундаментальное противоречие. Потому что, в отличие от остального цивилизованного мира, я рассуждаю категориями не добра и зла, а целей и методов их достижения. Может ли быть целью употребление младенцев на завтрак, обед и ужин? Ну… может, конечно… если человек психически болен. В здравом уме подобная цель, скорее всего, даже в голову не придёт, а если и придёт, то исключительно по каким-то третьим соображениям, вроде чувства протеста, религиозного чувства и т.д., то есть по сути будет представлять собою не цель, а всё-таки средство. Следовательно, остаётся только выяснить, зачем младенцев жрали, особенно в таком количестве, в каком пытается уверить нас современная холокост-культура. Судить о методах, видите ли, вне контекста целей неразумно.

И вот тут мы переходим к целям и наблюдаем идею превосходства одной нации над другой. Таким образом, пока весь цивилизованный мир негодуэ по поводу методов, я считаю преступной цель. Более того, я утверждаю, что нагнетание истерии по поводу методов: все эти преследования за отрицания и отрицание отрицаний и прочие отрицательные практики — мешает взглянуть на эту цель беспристрастно и оценить её как преступную саму по себе, без привлечения людоедства.

Потому что разве мало для осуждения нацистов самой «арийской теории»?

Разве мало самой идеи о том, что существуют «достойные» и «недостойные» нации?

Почему нацисты для того, чтобы считаться преступниками, должны убивать узников концлагерей миллионами просто так, лишь бы убить? Это либо психическое заболевание, повторяю, либо враньё. Я уверена, что нацисты были психически здоровыми людьми. Просто работала машина по утверждению превосходства одной нации над остальными — всё. Под шестерёнки этой машины закатывалось огромное количество народу: от голода, болезней и элементарного отсутствия витаминов народу в концлагерях, я не сомневаюсь, перемёрло столько, что если озвучить эту цифру в нынешних благополучных условиях, никто и не поверит. Добавьте к этим людям казнённых за политические убеждения — и вы получите ещё вдвое больше. Но целенаправленно травить, сжигать, поливать кислотой и чего там ещё нацистам приписывают просто так, онижезвери, — зачем? Вот зачем это может понадобиться в рамках утверждения вышеупомянутого превосходства?

Да, ни зачем. Им это, похоже, и не надобилось. Это враньё и выдумки тех, кому сама идея превосходства одной нации над другой не кажется преступной. Эту ложь родили сами же нацисты, если так понятней. Возможно, это были другие, не немецкие нацисты, но сам факт от этого — никуда не девается.

И на протяжении вот уже скоро ста лет эту ложь скармливают другим, подспудно приучая этих других к мысли о том, что нацизм сам по себе, без пожирания младенцев, не должен вызывать осуждения.

Именно поэтому, как мне кажется, и смогли расплодиться последнее время в России националисты, на лицо ужасные, добрые внутри которые всех и каждого стремятся убедить в том, какие они цивилизованные, образованные, благородные, правозащитные и вообще ничем немецких нацистов середины XX века не напоминающие.

Да, методы у них другие… во всяком случае, здесь и сейчас. Какими будут их методы дальше и в других условиях, сказать заранее невозможно, потому что, в отличие от цели, метод не константа. Но здесь и сейчас методы другие.

А цели? Разве в поведении нынешних цивилизованных, образованных, благородных и сплошь правозащитных русских националистов вы не видите стремления нашить каждому кавказцу по жёлтой звезде на рукав и отправить его в гетто?

Плохо, если не видите. Отвлекитесь от пожирания младенцев. Шесть мегаевреев, сожжённых в неиллюзорной топке Холокоста, — это жупел, который мешает вам увидеть истинное преступление, а оно продолжается по сию пору. Нацизм не бывает половинчатым и цивилизованным. Идея превосходства одной нации над другой — это всегда идея превосходства одной нации над другой, в чём бы это превосходство ни выражалось, и разночтений у этой идеи нет и быть не может на основании самой формулировки. Разными могут быть только антураж, декларации и эмоции; суть же всегда неизменна.

5 комментариев:

neqa комментирует...

%Нацизм не бывает половинчатым и цивилизованным. Идея превосходства одной нации над другой — это всегда идея превосходства одной нации над другой, в чём бы это превосходство ни выражалось, и разночтений у этой идеи нет и быть не может на основании самой формулировки.

Идея превосходства одной нации над другой -- это суть мировой истории на всём ея протяжении. Если признать, что от этой идеи попахивает чем-то не тем, то сразу выходит, что все боевитые предки, которыми так гордятся, на самом деле не благороднейшие из людей, а подонки и пидорасы. Никто в своём уме и по доброй воле такого признавать не будет.

Schisma комментирует...

2 neqa

Я совершенно согласна с тем, что предки, которыми люди гордятся, по большей части подонки и пидорасы.

Но это безотносительно сути мировой истории. Мне, кстати, кажется, что вы ошибаетесь, и сводить историю к идее превосходства одной нации над другими -- это чрезмерное упрощение, очевидное даже в ни к чему не обязывающей дискуссии. Да, мир, конечно, всегда делился на "наших" и "этих", но, во-первых, делился скорее условно: по знамёнам, по культурным кодам, по месту жительства, -- а во-вторых, самоценность "наших" никогда не служила поводом для принижения "этих" и никогда не требовала оправдания в виде признания "этих" недочеловеками. Чужой был просто чужим, безоценочно. Да, в этом тоже был шовинизм, но шовинизм естественный, обусловленный низким уровнем развития цивилизации. И во всяком случае это не был националистический шовинизм в том виде, в каком мир узнал его с приходом нацистов.

neqa комментирует...

Идей-то наверняка больше, но эта одна из главных.


%самоценность "наших" никогда не служила поводом для принижения "этих" и никогда не требовала оправдания в виде признания "этих" недочеловеками. Чужой был просто чужим, безоценочно.

Вы так об этом пишете, будто рабовладельческого строя и феодализма не существовало вовсе. Будто какие-нибудь спартанцы были орденом джедаев, а не менее какой-нибудь Вилечка Бастард -- пуськой и лапочкой.
Будто, чьорт побьери, не существовало такой "доброй" традиции у переселяющихся по какому-нибудь поводу народов как вырезание всего исконного населения новой родины.

neqa комментирует...

Если предыдущий коментарий немного продублировался -- звиняйте, это блоггер, по-моему, меня недолюбливает :)

Schisma комментирует...

2 neqa

Да, чота он ваши комментарии отказывается самостоятельно публиковать, редиска.

Будто, чьорт побьери, не существовало такой "доброй" традиции у переселяющихся по какому-нибудь поводу народов как вырезание всего исконного населения новой родины.

Обязательно существовала. Я же говорю, что совершенно согласна с тем, что почти поголовно все эти герои были подлецами и пидорасами. Но существовала эта традиция не как метод утверждения господства одной нации над другой, а как способ обезопасить себя-оккупанта от возмездия со стороны завоёванных. На мой взгляд разница очевидна, и она заключается в том, что оккупанты отлично признавали за другими народами точно такие же замашки. То есть в идее народы считались равными и вполне способными к одним и тем же штукам. Другой вопрос -- уровень развития, с которого всё это замечательное равенство оценивалось. Вот уровень да, был ниже плинтуса. Но именно это и представляется мне наименьшим злом, потому что на более высоком уровне развития такая оценка приводит просто к нормальной здоровой конкуренции.

Насчёт рабства. Рабовладение началось не с идеи о превосходстве одной нации над другой, а с идеи объективизации человека как материального тела. Грубо говоря, если есть рука, её можно продать -- как-то так. При этом на очень длительном этапе развития цивилизации было абсолютно индифферентно, какого цвета эта рука и каких она кровей. Более того, рабство вообще не всегда означало инородства, о чём свидетельствует целый свод законов, касающихся как самопродажи в рабство, так и поступления в рабство в виде наказания за некоторые уголовные и, как мы бы сейчас сказали, экономические преступления. Никакого при этом деления на нации не наблюдалось. Замечались некоторые региональные особенности (те рабы более склонны к тому-то, а эти к этому-то), но исключительно в виде констатации, то есть опять же безоценочно.

И только после того, как сама идея рабовладения была признана недостойной (начальный этап развития гуманизма, цивилизаторы грёбаные), начались поиски компромиссов, откуда, собственно, и выросли сами такие понятия, как "нация", "раса" и т.п. И поехало: "дикари не люди", "дикари низшие", "на дикарей общий закон не распространяется", "дикарям рабство на пользу" и прочая подобная шняга. После этого осталось только определить, кого считать дикарём. Ну, вот нацисты и определили, в частности. И, в частности, как люди уже очень высокого уровня развития (по сравнению, например, с теми же дегенеративными спартанцами), они определили это понятие сразу в пределе: "более или менее дикари все, кто не мы, и сейчас мы опишем градации дикарей".

Отправить комментарий