«В Германии они сначала пришли за коммунистами, но я не сказал ничего, потому что не был коммунистом. Потом они пришли за евреями, но я промолчал, так как не был евреем... Потом они пришли за членами профсоюза, но я не был членом профсоюза и не сказал ничего. Потом пришли за католиками, но я, будучи протестантом, не сказал ничего. А когда они пришли за мной — за меня уже некому было заступиться».

Мартин Нимёллер. «Когда они пришли…»

8 октября 2010 г.

Продолжаем о кине

Вот смотрю я от большого энтузиазма кинчики и пишу сюда, а не в «Избу», потому что рассуждения мои, действительно, не более, чем заметки по ходу дела, и их даже классифицировать толком невозможно.

Вопрос риторический: в каких французских фильмах новейшего времени отсутствует Жерар Депардье? Потому что глаза б мои на него не смотрели, это невыносимо. А в роли Жака де Молэ он вообще как идиот.

Вопрос риторический номер два: кто занимался кастингом «Проклятых королей» постановки 2005 года? Какое чучело сочло нормальным отдать роль Железного короля неврастенику, а роль Изабеллы амёбе? Да, у неврастеника, конечно, профиль, если не приглядываться, — чистый Древний Рим, а у амёбы смазливая морда. Но хоть приглядеться-то можно было, нэ?

Кому пришла в голову дичайшая идея сделать из тёти Моти старуху? Ей на момент начала событий в фильме (1307 год) нет и сорока! Ей тогда было столько же, сколько и мне сейчас. Она ровесница короля, аристократка, и у неё отменное здоровье, позволившее ей много рожать и умереть не своей смертью в шестьдесят один год. Племянник приезжает к ней — и что мы видим? Жертву Холокоста в полтора раза старше положенного мы видим.

Старшего сына Филиппа IV играет сын Депардье. Это само по себе было бы совершенно безразлично, не будь семейка Депардье наделена наследственными чертами лица. В результате будущий король Франции Людовик X оказался как-то подозрительно похож на казнённого Великого магистра ордена тамплиеров. В таком ракурсе история гонений на последний оплот рыцарства и, в частности, на Жака де Молэ (особенно на фоне истории о принцах-рогоносцах) приобретает очень пикантный оттенок. Прямо шарман, бля, хоть фики снимай — альтернативная история Франции начала Позднего Средневековья. Жанна Наваррская переворачивается в гробу и умирает вторично от зависти к себе самой. (Саундтреком к первому появлению Филиппа прогнать «Belle» в исполнении Гару — пусть кто-нибудь только попробует сказать, что Филиппа IV не называли Филиппом Красивым. Сцену признания Жака де Молэ откорректировать: магистр признаётся, конечно же, но совсем не в том, в чём ожидалось.)

Теперь… Если бы я в своё время не зачитала Дрюона до дыр, я бы, скорее всего, и половины не поняла… бы. То есть вся линия конфликта тёти Моти с племянником похерена напрочь: что откуда вытекает, совершенно не разобрать. При беглом просмотре получается, что к законному феодалу женского пола приехал какой-то хрен с бугра — седьмая вода на киселе — и начал угрожать, потому что он козёл, такова его натура. Дальше если кто в Википедию полез, молодец, а кто не полез, сам себе злобный мерин.

Тема сисек нираскрыта! И, кстати, почему все эти бабы такие тощие? В ту пору женщины мало стыдились, много рожали, и узкобёдрых почти не было, потому что при дремучем акушерстве узкие бёдра чреваты. Однако же из всех принцесс на бабу четырнадцатого века похожа только Бланка. Маргариту не то, что трахать, на неё вообще смотреть страшно. Очень страшно на неё смотреть, особенно с волосами. Лысая она способна хотя бы растрогать.

И это ещё спасибо, что нас избавили от прискорбной сцены казни братьев д’Онэ. Я всю дорогу всерьёз боялась, что нам её покажут. С таких станется.

Чаю новых чудных открытий в следующих фильмах. Попкорн в наличии, да.

Слава роботам.

Upd. Да, забыла совсем, всё вышеизложенное касается «Железного короля» only, остальное пока не видела.

Комментариев нет:

Отправить комментарий